Миллбанк: мрачная крепость на месте галереи Тейт

Карточка места

Место: участок бывшей Миллбанкской пенитенциарной тюрьмы на северном берегу Темзы. Tate Britain занимает обращённую к реке центральную часть исторической территории. Другие части застроены жилым комплексом Millbank Estate и корпусами, которыми пользуется Chelsea College of Arts. План тюрьмы до сих пор влияет на рисунок улиц.

Адрес: Tate Britain, Millbank, London SW1P 4RG; памятная каменная тумба, связанная с отправкой осуждённых, находится на набережной рядом с галереей.

Ближайшая станция: Pimlico; от Westminster и Vauxhall идти дальше. Расписание речных автобусов у Millbank Millennium Pier нужно проверять перед поездкой.

Период: участок купили для Паноптикона Джереми Бентама в 1799 году; другую национальную пенитенциарную тюрьму начали проектировать и строить в 1812–1813 годах; первых заключённых приняли в 1816-м; комплекс завершили в 1821-м; эпидемия и эвакуация произошли в 1822–1823 годах; с 1843-го Миллбанк работал как центральный этап для приговорённых к транспортировке; отправки отсюда прекратились в 1867-м; с 1870-го это была военная тюрьма; учреждение закрыли и снесли около 1890 года; Национальная галерея британского искусства, нынешняя Tate Britain, открылась в 1897-м.

Темы: Паноптикон; реформа наказаний; отдельная и молчаливая системы; архитектура надзора; сырой грунт; болезни; женщины-заключённые; тюремный труд; транспортировка в колонии; Австралия; архивы; кладбище; снос; Tate Britain; мемориальный ландшафт.

Доступ: Tate Britain — общественная галерея с меняющимися часами, правилами безопасности и платными выставками; перед записью проверьте официальный сайт. Улицы и набережная открыты, но Millbank Estate — жилой комплекс, а Chelsea College — действующий кампус. На памятную тумбу нельзя залезать. Спуск на отливную полосу Темзы зависит от прилива, правил и разрешений.

Место и история

Выйдите из Tate Britain и повернитесь к реке.

Позади национальное собрание британского искусства: белый портик, зал под куполом, тихие галереи и тщательно рассчитанный свет. Перед вами Темза течёт мимо Вестминстера. Между музеем и водой стоит тяжёлая каменная тумба, связанная с пристанью, откуда осуждённые начинали путь к кораблям, а многие — в Австралию.

Теперь уберите галерею.

Поставьте на её место тюрьму такого размера, что её план сравнивали с колесом, цветком и крепостью. Шесть пятиугольных корпусов расходились вокруг центрального шестиугольника. Коридоры повторялись. Дворы разделяли заключённых на категории. Внешнюю стену окружал ров. На сырой окраине Вестминстера более тысячи камер стали экспериментом по исправлению через одиночество, труд, религию и наблюдение.

Очень хочется назвать этот комплекс Паноптиконом Джереми Бентама. Это лишь половина правды — и типичная ловушка Миллбанка. Бентам действительно приобрёл землю для круглого «Дома наблюдения», однако правительство отказалось от его проекта. Построенная тюрьма имела иной план: она развивала идею централизованного контроля, но не воплощала точную машину Бентама.

Так же соблазнительно заявить, что все камеры находятся прямо под Tate Britain. Историческая территория была намного больше. Её делят музей, жилые дома, художественный колледж и улицы. Археологи находили части рва, основания и конструктивные остатки, но под галереей нет доступной публике системы тюремных туннелей.

Проверенная история темнее легенды. Миллбанк обещал гуманное исправление вместо казни или изгнания. Он обошёлся чрезвычайно дорого, запутывал посетителей и сотрудников, способствовал болезням, во время эпидемии отправил женщин на тюремные корабли, а позднее превратился в главный этап перед транспортировкой. Река, делавшая место удобным, уносила людей из Лондона по приговору.

Художественная галерея не стёрла тюрьму. Она изменила направление взгляда. Когда-то архитектура наблюдала за заключёнными. Сегодня посетители смотрят на картины. Вопрос в том, кто остался за рамой.

История

До тюрьмы: болото, мельница и кризис наказаний

Миллбанк конца XVIII века не был центральным Лондоном. Tothill Fields и берег к югу от Вестминстера представляли собой сырую, плохо осушенную местность с огородами, редкой промышленностью и нездоровым грунтом. Название района происходило от мельницы у Темзы.

Одновременно Британия переживала кризис системы наказаний. Закон угрожал смертью за широкий круг имущественных преступлений, хотя многие смертные приговоры смягчали. Осуждённых давно отправляли в Северную Америку. Американская революция закрыла этот маршрут. Переполненные тюрьмы стали разгружать в старые корабли — плавучие тюрьмы, или hulks, объявленные временной мерой. Заключённые трудились у верфей и ждали помилования, освобождения или нового пункта транспортировки.

Реформаторы предлагали пенитенциарии — учреждения, где контролируемое одиночество, работа, чистота, разделение категорий и религиозное наставление должны были вызвать раскаяние и изменить поведение. Само название обещало покаяние. Тогда оно ещё не означало любую большую тюрьму.

Закон 1779 года предполагал национальные дома тяжёлого труда, но проект задерживался. Джереми Бентам предложил необычайно полный ответ: не только здание, но и систему управления.

Всевидящий глаз, которого не построили

Принцип центрального наблюдения придумал младший брат философа, Сэмюэл Бентам, когда руководил работниками в России. Джереми превратил его в программу Паноптикона. Камеры шли по окружности. Инспектор находился в центре. Свет и экраны позволяли видеть заключённых, не давая им понять, в какой момент за ними действительно следят.

Механизмом становилась неопределённость. Человек, за которым могут наблюдать всегда, должен был внутренне усвоить присутствие надзирателя. Бентам говорил о беспрецедентной власти одного сознания над другим. Он обещал также экономию, здоровье, производительный труд, точные записи и публичную отчётность. Управляющий должен был работать по контракту, а система стимулов — соединить порядок, прибыль и исправление.

Годами Бентам убеждал министров, заказывал чертежи, строил модели и искал участок. В 1799 году он приобрёл сырую землю Миллбанка. Сопротивление владельцев прежних участков, политические задержки и смена приоритетов погубили проект. Исследователи UCL подчёркивают решающий факт: ни одна тюрьма не была построена в полном соответствии с чертежами и принципами управления Бентама.

Правительство в итоге выплатило ему компенсацию. Земля осталась пригодной для национальной тюрьмы, но возведённый на ней комплекс не был круглым Паноптиконом. Формула «тюрьма Бентама» скрывает его поражение и разницу между идеальной схемой и реальной администрацией.

Шесть пятиугольников и здание, победившее строителей

В 1810-е парламент вернулся к идее национальной пенитенциарной тюрьмы. Первоначальный проект разработал Уильям Уильямс. После строительных проблем и конфликтов работу принял Томас Хардвик, который завершил огромный комплекс. Стройка началась примерно в 1812–1813 годах, первые заключённые прибыли в 1816-м, а окончательно тюрьму закончили в 1821-м.

План поражал. Вокруг центрального шестиугольного пространства располагались шесть пятиугольных камерных блоков с собственными дворами и внутренними разделениями. С высоты геометрия напоминает цветок с шестью толстыми лепестками или колесо, собранное из нескольких тюрем. Внешняя стена и ров усиливали образ крепости.

Это была архитектура наблюдения, но не единый всевидящий глаз. Из центральных точек надзиратели контролировали расходящиеся коридоры и прогулочные дворы, однако углы, повторяющиеся переходы и многочисленные блоки создавали путаницу. Мэйхью и Бинни позднее сравнивали дом начальника со ступицей, а пятиугольники — с частями колеса. Посетители и сотрудники теряли ориентацию.

Сопротивлялась и земля. Болотистый грунт потребовал дорогого фундамента. Дефекты и изменения проекта довели стоимость приблизительно до полумиллиона фунтов — во много раз выше ранних ожиданий. Учреждение примерно на 1200 человек стало уроком: рациональная геометрия на бумаге может превратиться в дорогую, сырую и запутанную массу кирпича.

Фразу «крупнейшая тюрьма Европы» лучше подавать как оценку современников, а не точный международный рекорд. Надёжно известно другое: комплекс был гигантским. Охранный отчёт Вестминстера и поздние описания говорят о шестнадцати акрах территории, из которых около семи занимали корпуса и дворы.

Первая дисциплина: разделение, труд и раскаяние

В Миллбанк направляли мужчин и женщин, которым смертный приговор или транспортировку заменили заключением. Ранний режим делил срок на этапы. В отдельный период человек работал и спал один в камере. Религиозное наставление, размеренный труд и контролируемая прогулка должны были изменить мысли. Затем отобранных заключённых могли перевести на совместную работу.

Такое разделение нельзя автоматически отождествлять с более строгой «отдельной системой», позднее связанной с Пентонвиллом. План и правила Миллбанка неоднократно менялись. Заключённые встречались на прогулке, у машин, в часовне и при перемещении. Когда полная физическая изоляция не удавалась, администрация навязывала молчание.

Работы включали шитьё одежды и обуви, ткачество, стирку, уборку и обслуживание комплекса; задания зависели от пола, здоровья и периода. Труд имел хозяйственную, дисциплинарную и нравственную цель. Чистая камера и ровный стежок представлялись доказательством упорядоченного сознания.

Религиозное поведение стало частью оценки. Критики утверждали, что заключённые учились изображать раскаяние, поскольку хорошая репутация влияла на класс и перспективы. Это не доказывает фальшь каждой молитвы. Это показывает опасность измерять внутреннее исправление поведением, которое производит надзор.

За нарушения применяли сокращённый рацион, тёмные и refractory cells, а в определённые годы — телесные наказания. На иллюстрации Мэйхью и Бинни, сохранённой London Museum, у штрафной камеры внешняя деревянная дверь закрывает железную решётку, окна пропускают минимум света, а рацион состоит из хлеба и воды. Это свидетельство середины XIX века, а не универсальная сцена всех десятилетий.

Эпидемия 1822–1823 годов

Главный кризис начался почти сразу после завершения строительства. В 1822 и 1823 годах множество заключённых заболело. Современники спорили о диагнозах и причинах. В описаниях встречаются дизентерия и другие кишечные болезни, симптомы, похожие на цингу, лихорадка, плохое питание, депрессия, холод, сырость и недостаточная вентиляция. Честнее говорить о сложной эпидемии, чем приписывать каждому случаю одно современное заболевание.

Архитектуру нельзя отделить от рациона. Тюрьма стояла на влажном грунте. Долгое заключение ограничивало свежий воздух и солнце. Однообразная или недостаточная еда ослабляла организм. Психическое страдание могло ухудшать аппетит и восстановление. Система, призванная изолировать от «дурного влияния», оказалась плохо приспособленной к защите здоровья.

Парламентские документы сохранили медицинскую переписку и материалы об отдельных смертях. В итоге потребовалась массовая эвакуация и очистка здания. Мужчин перевели в другие места, включая тюремные корабли. По данным Национального архива, 167 женщин оказались на hulks Narcissus и Heroine в Вулидже. Болезнь последовала за ними; большинство помиловали и выпустили к 1824 году.

Этот эпизод опровергает распространённое утверждение, что женщин никогда не держали на тюремных кораблях. Обычно hulks предназначались не для них, однако авария Миллбанка привела женщин на суда. Событие показывает географию наказания: провал образцовой наземной тюрьмы переместил уязвимых людей в корабельные помещения, уже известные теснотой и болезнями.

После изменения питания, медицинского управления и режима тюрьма открылась снова. Открытие доказывало не успех первоначального эксперимента, а сохранявшуюся потребность государства в большой вместимости.

Женщины Миллбанка

В отличие от многих учреждений, вошедших в память через мужские истории, Миллбанк в важные периоды содержал значительное число женщин. Они жили в отдельных отделениях под надзором женщин-служащих. Правила отражали представления о женственности, сексуальности, домашнем труде и материнстве.

Женщины шили, стирали и изготавливали тюремную одежду. Это называли полезной подготовкой и моральной дисциплиной, но труд закреплял узкий перечень «приемлемых» женских занятий. Молчание и изоляция особенно тяжело затрагивали тех, у кого снаружи оставались дети и семья.

Регистры с разной полнотой указывают преступление, приговор, возраст, место рождения, внешность, здоровье и поведение. Они редко объясняют бедность, насилие со стороны партнёра, экономику выживания или причину, по которой присяжные просили о милосердии. Запись позволяет проследить путь от суда к Миллбанку и иногда к транспортному кораблю, но не раскрывает автоматически выбор человека.

В центре женской истории должны остаться 167 эвакуированных. Это не атмосферная цифра. Это отдельные люди, которых в момент болезни и неопределённости перевезли из якобы исправляющей тюрьмы на суда, не приспособленные к обычному женскому содержанию.

Позднее Миллбанк продолжал принимать женщин, хотя население и функции менялись. В книге 1862 года есть описание женской части и иллюстрации. Их следует датировать, а не выдавать за неизменную жизнь с 1816 по 1890 год.

От эксперимента к этапной тюрьме

К 1840-м первоначальная исправительная роль отступала перед новыми моделями. В 1842 году открылся Пентонвилл с более последовательной системой одиночного заключения. Закон 1843 года переименовал General Penitentiary в Millbank Prison и превратил его в центральный этап для приговорённых к транспортировке.

Этап означает сортировку и транзит. Осуждённые прибывали из местных тюрем, проходили регистрацию, медицинский осмотр и классификацию. Одни отправлялись в Австралию, другие — на hulks, в тюрьмы общественных работ, Пентонвилл или Портленд. Кто-то получал условное помилование, освобождение или изменение наказания. Сам приговор не гарантировал физического отплытия за океан.

Национальный архив предупреждает, что единого личного дела часто не существует. Биография разбросана по уголовным регистрам, судебным календарям, прошениям, журналам Миллбанка серии HO 24, квартальным отчётам, судовым книгам и транспортным спискам. Написание имён меняется, даты расходятся, а перевод между учреждениями не равен отправлению корабля.

С речных ступеней заключённых доставляли вниз по Темзе к следующему судну. Сохранившаяся каменная тумба напоминает об этой связи. Материалы Вестминстера называют её одной из двух больших тумб у выхода, через который осуждённые шли к лодкам перед депортацией в Австралию.

Нельзя изображать каждого транспортируемого человеком, который вышел из камеры и сразу сел на корабль до Сиднея. Между ними часто были лодка, док, плавучая тюрьма и различные пункты назначения. Памятный камень сжимает сеть в один объект; задача подкаста — снова раскрыть сеть.

Молчание в 1860-е

Когда Генри Мэйхью и Джон Бинни посетили Миллбанк, он был крупным этапом примерно на тысячу мужчин, с отдельным женским отделением. Их книга 1862 года подробно описывает приём, одежду, цепи, камеры, школы, прогулки, мастерские, больницу, наказания, общие комнаты и кладбище.

London Museum суммирует увиденную ими «молчаливую систему». Новый заключённый мог провести шесть месяцев один. Затем многих переводили в комнаты, где десятки людей вместе спали, ели или работали, но не имели права разговаривать. За речь наказывали, в том числе поркой в рамках тогдашних правил.

Молчание не равно одиночеству. Тридцать тел могли находиться рядом, оставаясь без обычного общения. Возникала странная социальная среда: совместность без разговора. Надзиратели следили за губами и жестами; заключённые изобретали скрытые способы передачи сообщений.

Мэйхью и Бинни не были нейтральными приборами. Это журналисты-исследователи и сторонники реформы, чья лексика иногда воспроизводит викторианские типы «преступника». Но они видели действующее учреждение, беседовали со служащими и заключёнными и записали материальные детали, которых нет на архитектурном плане.

Их книга показывает амбицию классификации. Одежда, знаки, рацион, работа, здоровье и поведение создавали видимые ступени. Тюрьма пыталась превратить биографию в читаемую административную последовательность.

Смерть и тюремное кладбище

У Миллбанка было кладбище для умерших в заключении. Мэйхью и Бинни описывали тюремный сад и churchyard; London Museum хранит иллюстрацию этого места. На ней замкнутый, управляемый участок, а не готическая яма.

Могилы вызывают современные вопросы о застройке. Снос и новые работы изменили территорию, а находки человеческих останков иногда превращают в историю о тайном массовом захоронении под Tate. Любое утверждение должно опираться на конкретный археологический отчёт. Известное кладбище не доказывает скрытого убийства.

Археологи находили участки тюремного рва, фундаментов и бетонной платформы, стабилизировавшей здание. Следы распределены по большой территории. Они не складываются в общедоступный лабиринт под галереей.

Имена умерших стоит называть лишь при надёжной записи. Иначе безымянные могилы превращаются в список призраков. Этический предмет здесь — содержание под стражей: государство управляло перемещением, работой, едой, лечением человека и наконец землёй для его тела.

Конец транспортировки и последние функции

Массовая транспортировка в Австралию сокращалась в 1850-е и закончилась в последней принимающей колонии в 1868 году; Миллбанк перестал служить отправным пунктом в 1867-м. Даты требуют осторожности: приговоры, отплытия и согласие колоний не прекратились одним днём.

После исчезновения прежнего потока Миллбанк продолжал работать в сокращённых и меняющихся функциях. С 1870 года он стал военной тюрьмой, а в разные периоды содержал и гражданских заключённых. Сырые корпуса, неудобный план и расходы делали комплекс устаревшим рядом с новыми учреждениями.

Тюрьму закрыли в 1890 году и начали снос. В парламентских дебатах 1890-х огромный государственный участок делили между новой национальной галереей, жильём London County Council и военными или медицинскими учреждениями.

Это не просто тюрьма, заменённая Tate. Millbank Estate построили для работающих семей, частично используя материалы снесённого комплекса. На юге появился Royal Army Medical College. Галерея заняла центральный речной фасад и открылась в 1897 году.

От заключённых к картинам

Сэр Генри Тейт профинансировал Национальную галерею британского искусства по проекту Сидни Смита. Historic England называет её первой специально построенной национальной галереей британского искусства. Позднее она стала Tate Gallery, а затем Tate Britain.

Превращение провоцирует удобную фразу: тьму сменила культура. История сложнее. И тюрьма, и музей — институты классификации. Миллбанк разделял тела по приговору, полу, поведению и здоровью. Музей группирует вещи по автору, времени, школе и национальной значимости. Нравственная разница огромна — картины не заключённые, — но ограниченное сравнение помогает увидеть пространственную власть отбора.

Старая геометрия всё ещё влияет на район. Охранная зона Millbank первоначально была обозначена вокруг восьмиугольной территории пенитенциария. Улицы и здания отвечают её бывшей границе. С высоты память читается лучше, чем со ступеней Tate.

Каменная тумба, синяя табличка, архивные планы, жилые дома и археологические фрагменты образуют распределённый мемориал. Ни один предмет не рассказывает всё.

Миф о «Prisoner of Millbank»

Популярная версия утверждает, будто австралийское прозвище британца Pom или POME произошло от инициалов Prisoner of Millbank либо Prisoner of Mother England, якобы ставившихся на осуждённых. Даже муниципальный материал Вестминстера называет милбанкскую версию лишь предположением.

Надёжных доказательств такой аббревиатуры нет. Истории о происхождении слова из эффектных инициалов часто появляются намного позже самого слова. Это фольклор о транспортировке, а не факт для подписи.

Настоящему языку памяти миф не нужен. Миллбанк вошёл в австралийские семейные истории реальными именами в регистрах, приговорах, списках кораблей и прошениях. Эти записи сильнее остроумной, но неподтверждённой расшифровки.

Люди, которых важно помнить

Сэмюэл и Джереми Бентам: Сэмюэл разработал принцип наблюдения, Джереми превратил его в программу Паноптикона и безуспешно боролся за строительство в Миллбанке. Их различение не позволяет свести идею к одному философу.

Уильям Уильямс и Томас Хардвик: архитекторы реально построенной тюрьмы. После проекта и проблемной стройки Уильямса Хардвик завершил комплекс, вдохновлённый Бентамом, но не являвшийся его Паноптиконом.

167 женщин, эвакуированных в 1823 году: их перевели на Narcissus и Heroine. Чрезвычайное содержание опровергает утверждение, что hulks принимали только мужчин.

Безымянные транспортируемые: их путь мог соединять местную тюрьму, Миллбанк, лодку, hulk, транспортный корабль и колонию. «Транспортировка» была приговором и цепью неопределённых событий, а не одной сценой отплытия.

Медики и заболевшие: участники кризиса, где пересеклись диагностическая неопределённость, рацион, сырость, вентиляция и психическое состояние. Их страдание нельзя сокращать до живописной «чумы».

Генри Мэйхью и Джон Бинни: исследователи, чья книга 1862 года подробно показывает поздний Миллбанк, но требует критического чтения викторианских представлений.

Похороненные в Миллбанке: люди, умершие под контролем государства. Их кладбище стало частью перестроенного города, но не сырьём для контента о призраках.

Факт, версия и легенда

Факт: Бентам приобрёл землю под Паноптикон, но точный проект не построили.

Версия: возведённая тюрьма использовала идеи наблюдения в шести пятиугольных корпусах.

Легенда: Tate Britain стоит на завершённом Паноптиконе Джереми Бентама.

Факт: тюрьма открылась в 1816 году и была завершена в 1821-м на сыром грунте.

Версия: геометрия рационального контроля породила навигационные, строительные и медицинские проблемы.

Легенда: один надзиратель постоянно видел каждого человека в каждой камере.

Факт: сложная эпидемия вызвала эвакуацию 1823 года, включая 167 женщин на тюремных кораблях.

Версия: взаимодействовали питание, сырость, вентиляция, заключение и несколько болезней.

Легенда: одна загадочная чума мгновенно убила большинство узников.

Факт: Миллбанк стал этапом для приговорённых к транспортировке.

Версия: тумба у реки символизирует многоступенчатую систему.

Легенда: каждый осуждённый выходил из камеры прямо на корабль до Австралии.

Факт: на территории было кладбище и сохранились археологические остатки.

Версия: государственная власть над заключённым продолжалась после смерти.

Легенда: публичные туннели под Tate ведут к скрытой братской могиле.

Факт: «Prisoner of Millbank» называют популярной расшифровкой слова Pom.

Версия: легенда выражает культурную память о транспортировке.

Легенда: происхождение от аббревиатуры документально доказано.

Место сегодня

Начните у входа Tate Britain со стороны Millbank общим планом. Скажите, что галерея занимает лишь часть шестнадцатиакрового тюремного ландшафта. Исторический план поверх съёмки честнее, чем утверждение, будто определённый зал совпадает с конкретной камерой.

Перейдите к тумбе на набережной. Снимите её вместе с Темзой и проследите путь от регистрации через лодку, hulk или транспортный корабль. Если надпись читается, покажите её, но не становитесь на камень и не выходите на проезжую часть. Различайте памятный объект и сохранившееся рабочее оборудование.

Обойдите общественные улицы Atterbury Street, John Islip Street и Millbank Estate. Покажите, как поздняя застройка отвечает бывшей границе, не превращая дворы жильцов в аттракцион. Не снимайте людей через окна.

В Tate соблюдайте актуальные правила фотографии. История тюрьмы не даёт доступа в подвалы, служебные коридоры и архив. Для Tate Archive обычно нужна предварительная запись в Reading Rooms; права на публикацию планов проверяются отдельно.

Эпидемию объясняйте через медицинскую переписку и схему, а не реконструкцию больных тел. Молчаливую систему показывайте по датированным иллюстрациям Мэйхью и Бинни. Для кладбища используйте музейную карточку без хоррор-звука.

Берег Темзы зависит от прилива и опасен. Не спускайтесь без законного доступа, знания условий и требуемого разрешения. Сильнейший финальный кадр доступен сверху: вода проходит мимо неподвижного камня.

Библиография авторского исследования

S0697. Westminster City Council, Millbank Conservation Area Audit — план, открытие, транспортировка, площадь, тумба и застройка.

S0698. English Heritage, «Millbank Prison», синяя табличка — официальная память об учреждении 1816–1890 годов.

S0699. UCL Bentham Project, «The Panopticon» — принцип Сэмюэла, проект Джереми, теория наблюдения и отсутствие точного построенного Паноптикона.

S0700. UCL Transcribe Bentham, «The panopticon's failure and Bentham's anger» — покупка болотистого Миллбанка, политическое сопротивление и провал проекта.

S0701. London Museum, «The punishing past of London's prisons» — хронология и описание отдельного, общего и молчаливого режима у Мэйхью и Бинни.

S0702. The National Archives, «Prisoners and convicts» — регистры HO 24 и ограничения поиска отдельного заключённого.

S0703. The National Archives, «Prison hulks» — эвакуация 1823 года, 167 женщин на Narcissus и Heroine, болезнь и освобождение.

S0704. The National Archives, «Criminal transportation» — кризис после Американской революции, hulks, Австралия и архивные маршруты.

S0705. Генри Мэйхью и Джон Бинни, The Criminal Prisons of London and Scenes of Prison Life (1862) — план, режим, труд, камеры, женщины и кладбище; современное расследование, читаемое критически.

S0706. London Museum, «Millbank Prison» — цветная акватинта 1816 года и визуальное свидетельство раннего комплекса.

S0707. London Museum, «Prisoner in refractory cell» — штрафная камера, перекрытый свет и хлеб с водой в середине XIX века.

S0708. London Museum, «Burial-ground at Millbank Prison» — музейная карточка иллюстрации кладбища из Мэйхью и Бинни.

S0709. Historic England, «Tate Gallery», запись 1222913 — строительство галереи на территории пенитенциария и архитектурная значимость.

S0710. Archaeology Data Service, «Chelsea College of Art and Design: Archaeological Watching Brief» — найденные участки рва и бетонной платформы.

S0711. Westminster City Council, «Riverside Walk Gardens» — название Millbank, транспортировка, сохранившаяся тумба и современный доступ.

S0712. Westminster City Council, история проекта Millbank Estate — роль этапа и маркировка версии «Prisoner of Millbank» как предположения.

S0713. Tate Archive, «Memorandum of Arrangements: Millbank Prison Site and St George's Barracks» — архивное свидетельство распределения бывшего тюремного участка под галерею.